Вход | Регистрация
закрыть
 
Ноябрь 2015
 
Главный груз

Меняем вектор

Рынок сжиженных углеводородных газов бурно рос, опираясь на европейский экспорт. Теперь настало время искать новых покупателей.

Меняем вектор
За последнее десятилетие благодаря утилизации нефтяного попутного газа и развитию перерабатывающих заводов производство сжиженных углеводородных газов (СУГ) в России выросло почти на 80%. Это лучше показателей ключевых секторов нефтегазовой отрасли и уж тем более всей промышленности. Но дальше рекорды ставить будет сложнее.


Под гнетом обстоятельств

В прошлом году суммарный объем «чистого» производства СУГов составил 14,3 млн тонн, ожидаемые итоги этого года – 15,2 млн тонн, заявил на недавней конференции «СУГ: развивая потенциал цивилизованного рынка» Леонид Кручинин, замдиректора по маркетингу трейдерской компании «Импэкснефтехим». Рост мог бы быть еще большим, но этому препятствует неблагоприятная ситуация на внешних рынках. Ведь ранее именно экспорт был главной ­надеждой и опорой производителей.

Доля зарубежных поставок за последние 10 лет увеличилась с 15 до 40%, а в натуральном выражении – почти в пять раз, достигнув 5,85 млн тонн. Главный покупатель – Европа. Собственно, с этим направлением связана одна из важнейших транспортных сделок последнего времени. В ноябре консорциум, в который вошли Российский фонд прямых инвестиций (группа ВЭБ) и не названные «ведущие международные инвесторы» (ранее сообщалось, что в их числе госфонд Mubadala Development из ОАЭ), закрыл сделку по покупке у СИБУРа терминала в порту Усть-Луга на Северо-Западе. Приобретение обошлось в 24 млрд руб., что примерно соответствует затратам нефтехимической компании на строительство. СИБУР продолжит работать в Усть-Луге, а инвесторы рассматривают план увеличения мощностей терминала (по перевалке СУГов – с 1,5 до 2,4 млн тонн, светлых нефтепродуктов – с 2,5 до 2,8 млн тонн в год).

Однако вопрос, будет ли это выполнено. Введенные Западом санкции в отношении России и отдельных нефтегазовых компаний не вызывают особого беспокойства у экспертов. «Прямого их влияния нет, поскольку нет запрета на торговую деятельность, нет ограничения расчетов. На объемы доступного сырья санкции также не влияют», – говорит замгендиректора по инвестициям ИК «УНИВЕР Капитал» Дмитрий Александров. «Из-за истощения месторождений энергетических источников собственная добыча в Европе падает, а СУГи находят широкое применение в коммунальной сфере, транспорте, промышленности», – объясняет потенциал рынка эксперт-аналитик отдела исследований грузовых перевозок Института проблем естественных монополий Илья Колодяжный.

Однако ситуация в Европе довольно нервная. С конца 2013 года котировки на СУГи стали снижаться из-за открытия экспортных поставок из переживших «сланцевую революцию» США. Сжиженные углеводородные газы, по данным аналитического центра RUPEC, дешевели весь прошлый год, а летом, вслед за падением цен на нефть, процесс ускорился. Поэтому растет преимущество поставщиков, имеющих низкую себестоимость, в первую очередь из стран Ближнего Востока.

Этому же, что греха таить, способствует напряжение в политических отношениях Запада и России, появившиеся сначала на фоне украинского кризиса, а теперь военной кампании в Сирии. Причем проблема касается всего сегмента углеводородов. Например, в ноябре стало известно, что лидирующая нефтеперерабатывающая компания Швеции Preem впервые за последние два десятка лет купила сырье у Саудовской Аравии, хотя раньше ориентировалась преимущественно на российскую нефть марки Urals.

Европейский рынок продолжает оставаться для наших производителей определяющим, но, очевидно, идет поиск новых вариантов. Есть и громкие истории. Летом агентство Reuters со ссылкой на неназванных трейдеров сообщило о возможных поставках российского СУГа в Сирию через Крым. Речь об объемах порядка 200 тыс. тонн в год. Арабская Республика использует газ для коммунальных нужд и в качестве топлива для транспорта. При этом логичным выглядит отказ от участия в сделке ориентированного на Европу терминала в Тамани, хотя он и один из крупнейших в стране (мощность – 1 млн тонн СУГа в год). Тем более в Керчи есть инфраструктура, санкции крымскому бизнесу не страшны – и так хватает, а ранее такие поставки уже осуществлялись.


Китайский бум

Однако Сирия – и по объему, и учитывая политический фон – это экзотика. Более серьезно отечественные производители смотрят в сторону действительно перспективного рынка – азиатского. В прошлом году СИБУР сообщил о долгосрочных контрактах с китайскими потребителями, став первой российской компанией, вышедшей в КНР. Особенности маршрута связаны с отсутствием пунктов по перевалке СУГа на границе. Компания решила осуществлять поставки в танк-контейнерах с последующей их транспортировкой на автоплатформах.

Одним из результатов прошедшего осенью первого Восточного экономического форума стало подписание Роснефтью соглашения о поставках в Китай СУГов и пропилена объемом до 200 тыс. тонн в год через погранпереход Забайкальск – Маньчжурия и использование мощностей терминала Far East Gas в районе Внутренняя Монголия. Это совместный проект Харбинских железных дорог, PetroChina и трейдера Avestra. Пропускная способность терминала, который вот-вот должен быть введен (назван срок до конца этого года), составит 3 млн тонн углеводородов в год. «Проект реализуется в сложный экономический и политический период отношений между Россией и ее европейскими партнерами, что делает особенно важным ­укрепление торгово-экономических отношений между Россией и Китаем, способствуя диверсификации поставок СУГов»,  – прямо говорится в презентации Avestra.

20-24_1.jpg

Проекты по созданию ориентированных на Азию мощностей есть и в России. Газпром в марте подписал меморандум с Национальной химической группой о строительстве на Дальнем Востоке морского терминала по перевалке СУГов. «Сроки будут синхронизированы с вводом Амурского газоперерабатывающего завода (работы на его площадке начались в октябре, ввод первой очереди запланирован на 2019 год. – Прим. ред.). Это будет первый такого рода терминал на Дальнем Востоке», – заявил начальник управления по координации восточных проектов Газпрома Виктор Тимошилов.

Кроме того, построить терминал в Советской гавани собирается компания «Ремсталь» бизнесмена Рифката Бадрутдинова. В августе в интервью официальному изданию местных властей «Хабаровский край. Экономика и инвестиционный климат» он сказал, что работы на площадке начались, а партнерами по проекту могут выступить крупные производители, в частности СИБУР и Иркутская нефтяная компания. «В рамках первого этапа мы начали строительство железнодорожной инфраструктуры, оборудования для транспортно-погрузочного комплекса, покупку необходимой техники. Затем мы выходим на строительство 10 резервуаров для хранения СУГа и гидротехнического сооружения», – рассказал Бадрутдинов. По его словам, уже в 2016 году перевалка составит 500 тыс. тонн, к 2018-му вырастет до 2 млн тонн. Конечная цель – не менее 10 млн тонн в год.

Цифры выглядят оптимистично. Проект финансируется за счет собственных средств компании. Первая очередь потребует 6 млрд руб., на окупаемость Ремсталь хочет выйти к 2025 году. Однако руководитель проектов Морстройтехнологии Софья Каткова считает, что перспективы у дальневосточных терминалов туманные. Эксперт объясняет свою позицию тем, что азиатский рынок, несомненно, большой, но конкуренция там усиливается и он может быть перенасыщен предложениями. Вкладывать средства в такой проект – это определенный риск, говорит она.


Премиальный аутсайдер

Кроме того, даже ситуация с Европой показывает, насколько неприятной может быть работа в расчете на одну «точку опоры». «Я думаю, примерно на уровне 5% темпы (роста производства – Прим. ред.) пока могут сохраняться в натуральном выражении после резкого подъема. В принципе, инфраструктура по перевалке позволяет наращивать экспорт, но действительно серьезное увеличение объемов может быть только при сочетании увеличения спроса на внешних рынках и улучшения ценовой конъюнктуры», – прогнозирует Дмитрий Александров.

Дисбаланс роста экспорта и внутреннего спроса давно вызывает беспокойство, и пока не похоже, что ситуация изменится. «Рынок потребления СУГа в России для нас премиальный, и мы прежде всего заинтересованы в его развитии через глубокую переработку в полимеры и другие нефтехимические продукты на территории страны», – заявил летом на Петербургском международном экономическом форуме глава СИБУРа Дмитрий Конов. Но, добавил он, существующий значительный профицит на внутреннем рынке сохранится в среднесрочной перспективе, поэтому производители думают о диверсификации.

Нефтехимия государством долгое время рассматривалась как основной драйвер роста, да, собственно, даже была какое-то время. Однако, объективно говоря, многие заложенные в отраслевую Стратегию-2030 проекты из-за возникших проблем с финансированием находятся в подвешенном состоянии. Что же касается других вариантов увеличения использования СУГов – «коммуналки» и транспорта, то есть вопросы: пока, по экспертным оценкам, здесь едва удалось выйти на показатели докризисного 2007 года, не говоря о каком-либо значительном росте.

Еще со времен СССР много говорится о возможностях по переводу транспорта на газ. Однако значительного результата получено не было, хотя два года назад эту задачу на государственном уровне вновь назвали приоритетом. По данным агентства «Автостат», в прошлом году доля пропан-бутановых смесей на топливном рынке России составила лишь 2,2%, а теперь власти с подачи Газпрома, похоже, собираются сделать ставку на компримированный природный, а не сжиженный углеводородный газ.

Да и в принципе, внутренний рынок еще на этапе становления. Какие-то ценовые ориентиры появились совсем недавно, когда началась биржевая торговля на электронной площадке eOil.ru. Обязательства по реализации доли продукции для ЖКХ и транспорта через биржу вступят в силу только с будущего года. Пока же компании-производители могут вводить негласные ограничения на поставку СУГа грузополучателям (много шума наделали договоры со сноской «без поставки в Крым»), есть проблема незащищенности покупателей в случае нарушения сроков. И до тех пор, пока весь клубок не будет распутан, прорыва на внутреннем рынке ждать не приходится.





11 2015